60

 

Пятница. Ракетоплан летел к горам. Отправились все: семейство Дана в полном составе и Рита с Миланом, который еще ни разу там не был. Летели не просто провести время: была назначена встреча с группой женщин-педагогов их должна была привезти Ева.

...Они спускались к дому, когда Лал неожиданно увидел несколько фигур, стоявших у могильных холмиков.

Наши ребята! узнал он их по такой же одежде, как на нем. Эй!

Они обернулись, пошли навстречу.

Добрый день, сеньоры!

Здравствуйте, ребята! Никак не ожидал увидеть вас здесь.

Мы прилетели на могилу Деда, сказал Ив, один из трех Внуков Марка они все были здесь, и с ними еще юноша и две девушки. Привезли их дать клятву верности великому делу, за которое Дед умер. А...? Этот сеньор с вами? все трое удивленно смотрели на Милана.

Да. А что, разве вы его знаете?

Знают: я когда-то выставлял их из дворца эротических игр, Милан узнал их сразу. За что прошу простить меня: сейчас я это не стал бы делать.

Они удивленно посмотрели на Лала.

Серьезно, ребята: он теперь свой.

Они кивнули, но старались на Милана не смотреть. Обстановку разрядил Марк: молодежь окружила его. Малыш не спал Лейли, показав, как это делать, дала по очереди подержать его.

Педагоги не заставили себя ждать. И здесь Марк сразу же стал центром внимания: они забрали ребенка у девушек и передавали его друг другу, пока он не попытался зареветь; поделились замечаниями, весьма квалифицированными, по поводу его развития, дали кое-какие советы Лейли.

У меня для вас сюрприз, Дан подвел к Еве Риту и Милана. Или, пожалуй, сразу два. Ты их знаешь?

Ее конечно: знаменитая актриса, известная всей Земле. А молодого человека нет.

Милан, бывший аспирант Йорга. Бывший! повторил Дан. Порвал с ним. И теперь он и Рита ждут ребенка.

Ясно? Ева повернулась к прилетевшим с ней. Все слышали? Актрисы не боятся, а мы педагоги? Первые заговорившие об этом так ничего и не сделали. Позор!

Но тебе же... попробовала возразить одна из воспитательниц.

Ну и что? Скажи ты: посмеет твой учитель снова сделать то же, что со мной? обратилась она к Милану.

Мой бывший учитель, сдержанно поправил ее он. Он не сможет: обстановка уже другая, и он слишком хорошо это понимает. Сейчас Йорг больше не может рассчитывать на безусловное утверждение бойкота той, которая сама родит.

Он никак не отреагировал на рождение Марка, добавила Эя.

Он боится авторитета Дана. И не любит рисковать.

Но не будет же твой бывший учитель без конца молчать и бездействовать!

Нет, конечно он ждет наиболее удобного момента, но его могут вынудить выступить открыто раньше, чем он хочет. Возможно, Йорг предпримет что-то, когда родится наш сын, чтобы заодно поквитаться со мной за разрыв с ним. Надо успеть воспользоваться его молчанием: чем больше женщин станут матерями, тем трудней ему будет чего-нибудь добиться.

Слышите подруги? Ну, неужели мы больше ничего не стоим? Продолжаем дрожать от одного только имени Йорга мы, первыми начавшие борьбу против отбраковки. Ведь другие не боятся! Вот она показала Ева на Эю сделала это там, где от Земли страшно подумать сколько. И не побоялась заплатить за это самой страшной потерей: вы же стоите у могилы ее сына! А эти, указала она на Риту и Милана, он же генетик, вряд ли ему это простят: Йорг не таков. Они тебе уже что-нибудь сделали, сынок?

Да, сеньора: объявили профессиональный бойкот.

Значит, пожертвовал и учебой, и работой, и блестящим будущим: он же был учеником самого Йорга. А он показала она на могилу старшего Марка пожертвовал всем. Только мы... у нее перехватило голос.

Не надо, тетя Ева! Дэя обняла ее.

Пусть уходят! Здесь нечего делать тем, у кого не хватает мужества!

Этот взрыв возмущения у Двух Могил возымел действие: через несколько недель Ева сообщила о беременности одной из своих коллег. Потом еще одной. Затем сразу трех. Ликовала: наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки.

Но разговор на поляне подействовал не только на педагогов.

 

Лейли снова развила активную деятельность. Опять стали появляться частые гости из числа живущих парами, и она показывала им своего Марка и знакомила с беременной Ритой и Миланом. Ребенок вызывал улыбки и интерес: похоже, что глядя на него, они начинают задумываться. Но результатов пока не было.

Терпение необходимейшее качество, Лейли: этому учит пример Лала, сказал Дан.

Которого? Не твоего ли сына и моего мужа: ему не терпится покинуть Землю.

Лал, сидевший, как всегда, с раскрытым экраном, поднял голову, услышав свое имя. Вместо того, чтобы ответить на реплику Лейли, сказал:

Отец, Ив и Лика очень хотят тебя видеть. Говорят, что какой-то очень важный разговор.

Так пригласил бы их сразу к нам.

Они только сегодня сказали мне.

Пусть придут вечером. Ты сегодня ждешь гостей, Лейли?

Сразу несколько пар.

Ребята, я думаю, не помешают твоему приему?

Может быть, даже наоборот. Лал, ты ведь о них говорил, что они всегда вместе?

Да. Их почти не увидишь друг без друга.

Тогда тем более.

...Как и другим, гостям показали Марка, познакомили с Ритой и Миланом. Впечатление от всего у гостей, похоже, было таким же, как у предыдущих: на результаты особенно рассчитывать не приходилось.

Потом появились Ив с Ликой, оба важные, торжественные. Дан увел их на террасу.

Вы хотели поговорить со мной?

Да, сеньор. Об очень важном для нас. Я и Лика любим друг друга. Мы хотим быть вместе всю жизнь: сплести не пальцы, а руки; стать мужем и женой, как ты с матерью Лала. Когда-то существовал обычай праздновать день, когда двое становились ими: это называлось свадьбой. Созывали друзей и родственников и пировали. Мы хотим устроить свадьбу и принести клятву любви и верности, как тогда. Об этом рассказывал Дед: он умер поэтому только ты можешь помочь нам.

Вы знаете, у нас, к сожалению, не было свадьбы, Дан был растерян. Но здесь много тех, кто долгие годы живут вместе: может быть, они что-то устраивали? Давайте спросим их.

Лейли сразу подняла голову, как только они появились в комнате.

Минуту внимания, сказал Дан, показывая на юношу и девушку. Эти двое хотят стать неразлучными на всю жизнь. Они хотят торжественно отметить это событие и просят нас, живущих парами, рассказать, как это делается. К сожалению, у нас с Эей ничего, что называлось свадьбой, не было. Может быть, хоть у кого-нибудь было иначе?

Беспомощное пожимание плечами. Ничего не было: просто стали жить вместе, когда захотели этого. И все.

Что же делать?

Я узнаю. Обязательно! Вы поможете? обратилась Лейли к одной из пар историкам.

Постараемся. Но не знаю, насколько подойдет сейчас то, как это происходило когда-то.

Возьмем то, что годится, остальное придумаем сами. А, Рита?

Конечно! И Поль он непременно поможет.

Я тоже хочу помочь, попросил Милан.

И мы. И мы, оживленно заговорили и остальные, окружив универсантов.

И придете к нам на свадьбу! сразу пригласила Лика.

Свадьба будет замечательная, вот увидите! Лейли обняла обоих.

А разрешат в университете, чтобы мы жили потом вместе? Мы хотим, как вы: чтобы у нас тоже были дети.

Я сам буду просить за вас, пообещал им Дан. То, что вы задумали замечательно: первая свадьба за сотни лет!

 

Та же поляна, на которой он видел двое похорон. Пока только похорон. А сегодня трансляция их праздника какой-то там "свадьбы": не опять похорон кого-то из них. А жаль!

Уйма людей, разряженных почище, чем для новогоднего карнавала. Кого только нет: универсанты и профессора университета, Ева со своей сворой педагогов и верным сыночком Ли; множество пар мужчин и женщин явно те, кто подолгу живут вместе; и, конечно, ученики Дана со своими аспирантами. Великий Поль возглавляет хор своих актеров участников "Райской девки", наверно торжественно поющих эпиталамы довольно слаженно, кстати. Множество людей с телеобъективами и микрофонами на головных обручах: это не любители, желающие запечатлеть навеки эту саму "свадьбу" в своих записях, недаром столько операторских мостиков на поляне. Все организовали друзья закопанного тут Марка, пособники Дана: они заранее оповестили, что свадьба будет транслироваться "Новостями". Понятно: Дан хочет, чтобы "свадьбу" могло увидеть огромное количество людей.

Все продумано, рассчитано, отрежиссировано. Из двух ракетопланов выходят девушка в белом развевающемся платье и вуали в сопровождении Эи и парень в белой тоге в сопровождении Дана. Жених и невеста со своими посаженными родителями: диктор упоенно рассказывает, что историки нашли упоминание о таковых в каком-то национальном свадебном обряде. Шествуют медленно к могиле великомученника Марка, где выстроились самые-самые почетные участники этого фарса: Мадонна с Младенцем Лейли с еще одним Марком на руках и тоже еще одним Лалом, ректор Звездного университета и остальные два хулигана, с которыми когда-то управился еще нормальный Милан.

У священной могилы остановка. Лейли, передав сыночка Лалу Младшему, и ректор одевают жениху и невесте огромные венки из белых цветов; Дан и Эя соединяют их руки. Хор замолкает, чтобы не мешать им произносить слова клятвы:

Светлой памятью Марка, нашего Деда, клянемся быть вместе всю жизнь! Быть верными друг другу! Продолжить любовь в рождении детей! Ого!

Невеста берет на руки ребенка, протянутого ей Лейли, и потом передает жениху. Но тут внимание отвлекло другое: Милан, обнимающий свою Риту и смотрящий на нее так, что все переворачивается внутри. Он бывший: самый талантливый и любимый ученик перебежчик, изменник! Заразился их безумием: любуется этими младенцами, украшенными цветами наподобие полинезийских дикарей.

И весь обряд дико нелеп: что за клятва на всю жизнь а что они собираются делать, если желание жить вместе пройдет или встретится кто-то, который пробудит в одном из них страсть?

А это уже совсем прелесть. Огромный длинный стол, эти двое в центре его, и шут, провозгласив здравицу им, пробует вино и заявляет: "Горько". Остальные с недоумением смотрят на него, а он им разъясненьице:

По одному из свадебных обычаев вино на свадьбе считалось горьким, пока молодые супруги не поцеловались. Крикнем же им: "Горько!" И громкий вопль сотрясает поляну, пока эти не начали целовать друг друга. Ах, как трогательно!

Что только не все обряды вспомнили. Жрецов бы сюда, да жертвы заколоть, хотя бы голубей, как в "Юлиане Отступнике", и окропить жертвенной кровь молодых. Было бы совсем мило!

Ну ладно, шут: говори, произноси свои тосты! Дану здравица и Эе посаженным отцу и матери, верным друзьям Лала Старшего, первым вспомнившего о том прекрасном, что некогда существовало на Земле, что незаслуженно забыто и почти исчезло. Еще достаточно корректно!

Здравица в честь матерей: Эи и Лейли. И здравица в честь детей их: Лала, Дэи и маленького Марка, спящего в доме. Уже откровенней!

А теперь в честь готовящихся стать матерями: милейшей Риты, рядом с которой блаженно улыбающийся Милан, а потом одной за другой педагогов, окружающих Еву. Старые враги, от которых ничего другого нельзя было и ждать. И призыв к другим: пусть родят детей, пусть узнают счастье материнства!

Откровенней некуда! Почти что открытое выступление, если учесть, что это передается по всемирной трансляции.

Ну, что ж! Противник занимает боевую позицию и думает начать безостановочное наступление. Пора показать ему, что он подошел к рубежу, на котором его встретят те, кому не нужны бредовые идеи Лала. Их намного больше, чем твоих сторонников, гениальный Дан: ты сумеешь сразу убедиться в этом. До сих пор тебе не мешали дали поставить пьесы, опубликовать опусы Лала. Ну, и что с того? Большинство слишком спокойно отреагировало на них, многие даже не заметили, продолжая думать только о своей работе.

Но остановить их пора. Сейчас, после этого выступления, самый момент. Необходимо потребовать прибытия на Землю спасателя Ги. И так его лечение продолжается странно долго.

А на поляне звучит здравица в честь преподавателей университета учителей молодоженов. Встает ректор:

Я пью за моих молодых учеников, у которых не прочь сам кое-чему поучиться. Что-то радостное, прекрасное возвращается на Землю: они участники этого студенты во все времена были участниками борьбы за все светлое, что происходило на Земле. И он запевает древний университетский гимн: "Gaudeamus igitur juvenes dum sumus!" Его подхватывают универсапнты и профессора, за ними хор актеров, потом почти все. Громкие звуки отдаются в горах.

Все это видит и слышит Йорг. Вот еще один враг старый товарищ по университету.

...Но он не слышит другое. Ли, подсев к Дану, спрашивает:

Капитан, Ги уже можно позволить вернуться?

Дан недоуменно смотрит на него:

Разве он выздоровел?

Он мог поправиться давно. К нему применяют пока наиболее медленные из возможных способов лечения.

То-есть?

Ты сказал, что преждевременный суд над ним может помешать возможности рождения детей полноценными женщинами: я передал Ги и врачам просьбу замедлить лечение. Наши противники ничего не знают: мы не пользовались радиосвязью все передано лично, через космонавтов, улетавших в Малый космос, и дальше по цепочке. Там больше наших сторонников, Капитан, чем здесь. И все было сделано, как я просил, и тем же путем сообщено мне на Землю.

Ты молодец, Ли!

Я же не мог заниматься только своим лечением, Капитан. Но там ждут моих дальнейших указаний: лечение Ги не удастся еще затянуть.

Пусть возвращается. Пока он вернется и закончится суд, успеет родить Рита и остальные уже беременные; начнут ждать детей еще немало женщин. Этого будет достаточно. Передай это Ги.

Сделаю как можно скорей.

А теперь в круг танцевать!

 

Лейли старалась недаром: около пятидесяти беременных в первый же месяц после свадьбы Ива и Лики. И несколько свадеб людей разного возраста.

Было с чем выступать. Ли через космонавтов отправил Ги указание больше не задерживаться. Оно ушло через три недели с крейсером, летевшим к Урану: он должен был затратить на путь туда около двух месяцев, так как рейс был не экстренным проводился с минимальным расходом энергии на мегаграмм груза. От одного до двух месяцев могло еще пройти, пока весть оттуда могла достигнуть Ги. Затем можно рассчитывать на месяц окончания его лечения в Космосе, два месяца доставки на Землю и месяц нахождения здесь в санатории. Только после этого могли начать судебное разбирательство, на котором он будет давать показания.

Самое короткое время до суда составляло семь месяцев в этот срок должна уже родить Рита; максимально возможное одиннадцать месяцев: кроме нее успевали родить еще пять женщин. Итого, кроме Лала, Младшего, и Дэи, еще двое или семеро детей смогут послужить значимым грузом на чаше судебных весов.

 

[Глава 59] [Глава 60] [Глава 61] [Глава 62] [Глава 63]

[Оглавление]

 

Last updated 07/25/2009
Copyright 2003 Michael Chassis. All rights reserved.