69

 

Выступление Дзина с комментариями к материалам расследования, резко противоположными доводам, приведенным Йоргом, мало что добавили к эффекту доклада самих результатов: доводы Йорга слишком для многих оказались убедительными.

И тогда слово попросила Эя.

О чем мы спорим? Выгодно или невыгодно только и слышно! Что выгодно?

Что не выгодно? Где больше и где меньше затраты! Какие результаты являются оптимальными!

О чем же идет речь: о производстве продукции, выработке энергии? Нет о воспроизводстве самих себя.

Ну, так вот я задам вам вопросы, которые вам так и не пришли в голову: что выгоднее быть или не быть счастливыми? Вы понимаете, что такое быть счастливыми? Думаете, это возможно, лишь когда ладится работа, и ты совершаешь открытие. Нет не только! Дан уже говорил это. Но он говорил обо всем я скажу только об этом.

Когда-то Лал мудрый, добрый Лал, перед отлетом на Землю-2, повез нас на детский остров. Там мы целый день были среди детей. Что это? Что мы знали о них, видя их редко-редко: что видеть их доставляет удовольствие? Эти встречи случайны и коротки. И то, мы видели детей школьного и более старшего возраста, приезжавших на ознакомительные экскурсии. А малыши? Мы их не видели совсем; лишь смутное, почти исчезнувшее воспоминание о том, когда сам находился в таком возрасте его сохраняют очень немногие.

А тут я увидела совсем маленьких. Одного из них держала на руках кормилица, До чего же он был крошечный: пальчики, носик! Чуть не расплакался вначале. И вдруг улыбнулся мне: что внутри будто перевернулось. И Ева, которая знала то, что не понимала я, сказала: "Ты смотришь на него так, как будто хочешь дать ему свою грудь."

Да! Я почувствовала, что хочу тысячу раз хочу! Мне дали подержать его на руках: я ощутила его тепло, его запах мне было хорошо, как никогда в жизни.

Там, в Дальнем космосе, когда мы летели к Земле-2, Лал раскрыл нам, что творится на Земле. Рассказал обо всем, что понял и разглядел. И потом спросил, что мы думаем сами: как сделать, чтобы снова воцарилась справедливость?

"Восстановить связь детей и родителей, которые не позволят превращать своих детей в неполноценных. Женщины все сами должны рожать детей и растить их в семье, которая тогда появится вновь." сказала я. И удивилась, насколько Лал обрадовался моему ответу: из всего, что он нам рассказал, сделать именно такой вывод мне казалось совершенно естественным. Но могла ведь и не сделать. Как Дан, который предложил только пропаганду взглядов Лала.

Я не понимала, почему Лал так обрадовался. Но узнала вскоре, когда он сказал, что первой родить ребенка должна я сама. Там, на Земле-2, где никто не сможет помешать. Для того чтобы, вернувшись, показать его людям и сказать им то, что я буду знать наверняка.

Я не стану повторять, как все было дальше: слишком много слышали от меня и от других. Я скажу то, что знаю знаю наверняка, что еще не знают, кроме совсем немногих, все. Не знают и не понимают, насколько бессмысленны приводимые сейчас доводы в пользу существующего.

Выгодно или не выгодно для человечества, чтобы все женщины сами рожали своих детей? Безусловно: выгодно! Только само слово "выгодно" имеет совсем иной смысл.

В чем вы видите ее эту выгоду? Лишь в том, насколько отдача от людей оправдывает затраты. Разве нет? Вы можете рассуждать так, лишь не понимая ничего другого.

Вы думаете о затрате времени и сил на рождение и воспитание детей, считаете их потерей, абсолютно не зная и не понимая то, что дадут взамен дети, рожденные нами и живущие с нами. Наши дети.

Ведь вы не знаете счастья иметь собственных детей: для вас счастье лишь ваши успехи в работе. А другого вы и не знаете потому что лишены его начисто. И оттого не знаете, что эти два счастья разные, и одно ни в чем не заменит другое.

Как не знала я, споря с Лалом. Я боялась: полная отрезанность от Земли, отсутствие какого-либо опыта. Я колебалась.

Лал погиб. И тогда Дан сумел с огромным трудом убедить меня все же стать матерью.

Я стала ей там, далеко, невероятно далеко от Земли. Потому что, действительно, это было возможно только там: здесь, на Земле, первая же попытка стать матерью была немедленно пресечена самым безжалостным образом.

Я родила детей и растила их вместе с Даном. Сейчас я уже не представляю, как могла бы я жить без этого.

Многие из тех, кто видел наших детей, пожелали того же. Их пытались отпугнуть, показав оборотную сторону горе, которое может принести это: все видели, как хоронили мы нашего Малыша. Чтобы люди подумали: нет этого счастья, зато нет и этого горя. Гнусная глупость: думать так! Тогда будьте последовательны идите дальше: прекратите заниматься наукой, чтобы не знать неудач; перестаньте чувствовать, чтобы не знать огорчений умрите!

... "Что сказать им еще так, чтобы никто не мог остаться равнодушным? Какие слова? А какие слова зажгли меня?" И в памяти снова день, когда ребенок еще не ее собственный появился у нее на руках; Ева говорит: "Ты хочешь дать ему свою грудь."

И еще то, что она сказала, прощаясь с ними: "Я показала это главное." Показать!!! Немедленно! Сейчас! Всем!

Она не готовилась сегодня выступать. Просто почувствовала, что хочет говорить сейчас, сию минуту. А надо было подготовиться: если бы мысль показать пришла ей в голову своевременно, она собрала бы всех матерей уже ставших и будущих здесь. Но: разве сейчас поздно?!

Не прерывая выступления, она написала записку, вызвала Лейли. Увидела, как Лейли и сидящая рядом с ней Рита начали беззвучно шептать, не снимая пальцы с радиобраслетов: в эфир ушел клич всеобщего сбора материнского воинства.

 

Подобного никогда никто из ныне живущих на Земле не видел: через все двери, открытые настежь, в Зал Конгрессов непрерывно входили женщины. Они шли и шли, гордо демонстрируя животы, в которых зрела жизнь. Рядом со многими шли мужчины, отцы будущих детей, держа своих жен за руку.

Десять малышей всего десять пока на руках у матери или отца. Марк самый старший, самый большой у Лейли: сидит, обняв ее ручонкой за шею. И Милан шел рядом с Ритой, осторожно, но крепко держа сына. Непримиримость его взгляда, с которым на мгновение встретился Йорг, была страшней только что принятого сообщения, что он усиленно что-то разыскивает в архиве Института генетики.

Страшное шествие способное раздавить, смести все, что защищал Йорг, с ужасом смотревший, как засветились улыбками подавляющее большинство лиц.

Дети, совсем маленькие такие, каких мало кто видел. Трогательно крошечные, будящие чувства, которые продолжали таиться в глубине души, так и не умершие, не исчезнувшие навсегда.

Они заполнили сцену Зала.

Кажется, все рухнуло. Сейчас произойдет разгром! Если не случится чудо. Какое?

 

На какое чудо можно было еще надеяться? Но: чудеса ведь бывают. Несомненно!

Во всяком случае, именно чудом показался Йоргу, оглушенному и раздавленному, неожиданно зазвучавший голос Арга. Когда он попросил слово, когда появился на возвышении Йорг не видел, не мог вспомнить. Но то, что Арг, взгляды которого были слишком хорошо ему известны, который стоял где-то в середине между ним и Даном, еще мог помочь сохранить многое, Йорг как-то судорожно осознал сразу же. Прежний, уверенно непроницаемый, вид вернулся к нему: растерянность его не успел никто заметить.

"Вот чудо!" думал он, глядя на Арга.

Пора перейти от слов к делу, как почти всегда, начал Арг свою речь. Во всем Зале он казался самым спокойным, уверенным в том, что знает, что делать. Странно: он стоит впереди сидящих на сцене беременных женщин и горстки матерей с детьми, как бы говоря от их имени но вся надежда Йорга сейчас на него.

Пора перейти от слов к делу, повторил Арг. И спокойно, размеренно стал излагать программу действий.

Дети это прекрасно! Они должны жить среди нас. Стоит познакомиться с ними, чтобы не требовалось больше доказательств этого.

Итак: люди вольны определять для себя, давать ли самим жизнь ребенку и растить его. Это должно стать нормой, но нельзя требовать от всех.

"Так!" отметил Йорг.

Многое из того, что было открыто Лалом что сообщил нам мой учитель Дан должно быть воплощено в жизнь. Вопрос не в принципиальной необходимости этого, а в способах и сроках его осуществления.

"Так, так!" снова отметил Йорг.

Вопрос лишь в том: как и когда? Нам необходимо все это как следует обдумать, прежде чем мы приступим. Практическая сторона дела в настоящий момент волнует меня больше всего. Не принципиальная: хотя я не считаю, что понял уже все до конца, но сомневаюсь, что мой учитель Дан мог ошибиться. Особенно перед лицом столь убедительных аргументов! Арг протянул руки и поманил к себе Марка: тот охотно пошел к нему. И дальше Арг говорил, держа его на руках.

Так вот: дети это очевидная необходимость; а раз мы сами будем растить их, то ясно никакая отбраковка не будет возможна. Она исчезнет. Может быть, даже с завтрашнего дня сразу, как только мы решим это.

"Да," с горечью подумал Йорг.

Более сложен вопрос с теми, кто уже является "неполноценными". Эта сторона проблемы, даже по признанию моего учителя Дана, является самой болезненной. Пути ее решения далеко еще не ясны.

"Вот оно твое "но"! Наконец-то!"

Арг направился по уже проложенному руслу, которое и считал наиболее приемлемым Йорг. Еще раз кратко перечислил наиболее крупные из современных задач и перешел к главной из них: подготовке заселения Земли-2.

Мы не можем законсервировать начатую работу, на которую потребуется еще десять лет, это обойдется нам неимоверно дорого. С другой стороны мы не можем приступить к немедленному созданию СНН, не прекратив начатую подготовку: и то и другое одновременно нам не под силу.

Я вижу практический выход в другом: пути постепенного перехода к необходимым преобразованиям. Не откладывая, должна быть ликвидирована отбраковка и утверждена свобода рождения детей, а с созданием СНН я предлагаю подождать до отлета поселенцев на Землю-2.

Но, в таком случае, мы не сможем обеспечить здоровье и долголетие множества людей, не продолжая использовать хирургический ремонт. Временно мы должны его сохранить. Я понимаю: он бесчеловечен. Но он пока необходим: мы должны пойти на это. Пусть то будет последней жертвой прогрессу.

"Кровавая жертва!" подумал Дан, все более настороженно вслушиваясь в слова Арга.

Донорство мозга может быть ликвидировано хоть сейчас.

"Ладно!" сказал про себя Йорг: предыдущие предложения Арга были куда важнее.

Группа подопытных должна быть ликвидирована немедленно, голос Арга звучал твердо. Абсолютно недопустимо использовать людей как подопытных животных!

"Ну, это мы посмотрим: если упор будет делаться на практическую необходимость, то не раз удастся добиться возможности проведения опытов на этих олигофренах."

С гуриями вопрос тоже решается не столь просто. Я думаю, пока не стоит трогать и их. Конечно, следует существенно изменить их положение, предоставив им право на отказ в случае нежелания контакта. Остальное я не считаю возможным менять пока, по крайней мере.

Особый вопрос о воспроизводстве и связанном с ним. Едва ли сразу же необходимое количество женщин решится стать матерями, а человечество не может нормально существовать, не поддерживая на нужном уровне рождаемость детей: поэтому какое-то время воспроизводство должно еще обеспечиваться с помощь уже существующих рожениц. Необходимо только, чтобы эта часть воспроизводства проводилась с помощью оптимального подбора.

..."Оптимального подбора"? Кто будет вести этот подбор? Они генетики: Совет воспроизводства, Институт генетики. Ай да Арг: они остаются! Вот он рубеж! Дальше отступать не придется. Далеко, ох как далеко вынуждены будут, все же, они отступить.

Но ничего! Главное, что все существующее не уничтожается разом. Что-то, все же, сохраняется, и главное Совет воспроизводства. То, что предлагал Арг имело шансы быть принятым: вряд ли Дан добьется большего, даже если потребует. А им самим ни в коем случае нельзя голосовать против Арга, неразумно: большинства теперь явно не набрать. Лучше уж Арг наверняка.

Да: лучше! Отступить бывает и выгоднее. Иногда. Тогда на тебя начнут работать любые неудачи, мелкие противоречия, груз привычек не ты будешь отвечать за все! Именно на это и рассчитывал Йорг, отнюдь не собиравшийся отступать навсегда.

... Оптимальный подбор уже не будет обходиться слишком дорого, так как увеличивающаяся часть потомства будет появляться на свет от настоящих родителей. Сочетание того и другого, возможно, обеспечит неувеличение количества малоспособных детей. По крайней мере, на то время, пока мы не сумеем добиться ощутимых результатов по исправлению их отставания в развитии.

Эта речь, самая короткая из прозвучавших во время дискуссии, заканчивалась предложением прекратить ее и перейти к принятию решения.

 

[Глава 64] [Глава 65] [Глава 66] [Глава 67] [Глава 68] [Глава 69] [Глава 70]

[Оглавление]

 

Last updated 07/25/2009
Copyright 2003 Michael Chassis. All rights reserved.